Arms
 
развернуть
 
117556, г. Москва, ул. Артековская, д. 3 А
Тел.: (499) 794-03-96, 610-84-08, 794-00-09
chertanovsky.msk@sudrf.ru
117556, г. Москва, ул. Артековская, д. 3 АТел.: (499) 794-03-96, 610-84-08, 794-00-09chertanovsky.msk@sudrf.ru
ДОКУМЕНТЫ СУДА
10. ст. 105 ч. 1 УК РФ

                                                                                                        ПРИГОВОР

                                                                                        Именем Российской Федерации

 

г. Москва 29 апреля 2009 года

 

Судья Чертановского районного суда г. Москвы Н., с участием государственного обвинителя – помощника межрайонного прокурора ЮАО г. Москвы Л., подсудимого А., защитника – адвоката МГКА М. (ордер № 12, удостоверение № 35), при секретаре К., а также с участием потерпевшего Г., рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении А., 12 февраля 1969 года рождения, уроженца республики А., г. А., гражданина республики А., с 8-ю классным образованием, холостого, не работающего, постоянно зарегистрированного по адресу : республика А., г. А., ул. С, д. 2, ранее судимого : 05.03.2007 г. районным судом г. Москвы по ст. 111 ч. 1 УК РФ к 2 годам лишения свободы, освобожденного по отбытии наказания 13.11.2008 г., судимость не снята и не погашена в установленном законом порядке, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 1 УК РФ,

                                                                                                       УСТАНОВИЛ :

А. совершил убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому человеку, а именно : 14 января 2009 года, примерно в 23 часа 50 минут в лесополосе примерно в 150 метрах на север от д. 1 по ул. Мелитопольской в г. Москве, он, в ходе ссоры на почве личных неприязненных отношений со своим знакомым Х., имея умысел на убийство последнего, нанес Х. множественные удары руками в область лица, причинив своими действиями множественные ссадины лица в области носогубного треугольника, подбородка, расцениваемые как не причинившие вред здоровью по признаку опасности для жизни, после чего, продолжая реализовывать умысел на причинение смерти Х., нанес ему заранее приготовленным кухонным ножом один удар в область груди слева, т.е. в область жизненно-важных органов, причинив проникающую в левую плевральную полость колото-резанное рану груди слева, расцениваемую как ТЯЖКИЙ вред здоровью по признаку опасности для жизни, находящуюся в причинной связи с наступлением смерти. В результате проникающего колото-резанного ранения груди слева, которое сопровождалось массивной кровопотерей и развитием шока, Х. скончался на месте происшествия.

Подсудимый А. вину в умышленном убийстве Х. не признал, пояснив, что не хотел убивать Х., защищался от действий последнего. Он – А., три месяца назад, после освобождения из мест лишения свободы, стал работать грузчиком на плодоовощной базе, чтобы заработать денег и уехать домой к матери. Проживал в шалашах. Х. также работал грузчиком и проживал там же. Отношения с Х. были нормальные. В ночь с 14 на 15 января 2009 года было холодно и он подошел погреться к костру, возле которого сидел Х. и пил пиво. Х. был чем то разозлен и стал гнать его от костра, ругаться нецензурной бранью. Потом Х. взял палку, замахнулся на него, а второй рукой схватил за шею и стал душить. Палкой стал бить его по ногам. На просьбы отпустить, никак не реагировал. За спиной Х. увидел лежащий на земле нож и, в процессе борьбы с Х., ему – А., удалось поднять с земли этот нож и ударить им Х. Убивать Х. не хотел, испугался за свою жизнь, защищался. Когда понял, что Х. умер, заплакал и пошел в шалаш спать. Нож выкинул по дороге.

Суд, допросив подсудимого, потерпевшего, свидетеля, исследовав письменные материалы дела считает, что не смотря на частичное признание своей вины подсудимым А. его вина в совершении умышленного убийства полностью установлена и подтверждена совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Потерпевший Г. - родственник умершего Х., показал, что знал о том, что Х. работал вместе с А., но последнего он – Г., никогда не видел и не знал. Об этом факте узнал лишь после смерти Х., который был добрым, никогда ни с кем не дрался, не ругался, был веселым, любил шутить. Агрессивным никогда не был. Накануне, 14 января 2009 года разговаривал с Х. по телефону. Было все нормально. Предъявляет исковые требования к А., просит возместить моральный вред на сумму 600.000 рублей. В связи с тем, что Х. хоронили на родине, поэтому квитанции за причинение материального ущерба на данный момент представить не может.

Свидетель Р., работающий инспектором-кинологом УВД по АО
г. Москвы показал, что 15 января 2009 года выезжал на осмотр места происшествия. Был обнаружен труп и была применена служебная собака по кличке Рэни, которая обнаружив след от трупа проработала примерно 10-15 метров на запад по направлению к шалашу, расположенному на пустыре. Около шалаша собака свою работу прекратила. Своим поведением обозначила след (запах) преступника, указывая, что в шалаше либо рядом с ним был преступник. Однако на момент осмотра шалаш был пуст.

Свидетель Ж., показания которого оглашены и проверены в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, показал на предварительном следствии, что знал Х., вместе работал с ним на овощной базе. Ночью 15.01.2009 года к нему в хижину зашел азербайджанец по имени Х., который освободился 2-3 месяца назад (Х. сидел по ч. 1 ст. 111 УК РФ, он тогда ударил его – Ж., ножом в живот). Нервничая, А. крикнул, чтобы он – Ж. дал ему куртку, добавив, что он убил «бородатого» (Х.). После чего А. ушел в сторону леса. Примерно часа через два, выйдя из своего шалаша, увидел А., который сидел в лесу. Подошел к нему и спросил, правда ли он убил человека? А. сказал, что это правда, что «бородатый» бил А. по ногам палкой, а в ответ А. разозлившись, убил его. Также А. попросил чтобы Ж. его спрятал. Ж. отвел его в шалаш, в котором давно никто не жил и сказал, чтобы тот сидел там. Время было примерно четыре часа утра. Сам Ж. отправился на работу на базу, так как в это время она открывалась. Примерно в 12 часов дня он увидел людей в гражданской форме, понял, что это сотрудники милиции, которые искали преступника. Подошел к ним и рассказал о произошедшем, указав на пустырь, где находился А. (л.д. 91-92).

Вина подсудимого А. в совершенном преступлении, помимо вышеприведенных доказательств, подтверждается также: протоколом осмотра места происшествия, с фотографиями и план-схемой места происшествия, из которого следует, что объектами осмотра являются: участок местности, расположенный примерно в 150 метрах на север от д. 1 по ул. Мелитопольской в г. Москве, где обнаружен на данном участке труп Х. (л.д. 12-23); актом применения служебной собаки (л.д. 24); заключением судебно - медицинской экспертизы трупа № 124 от 18.02.2009, согласно которому у Х. обнаружены следующие телесные повреждения: проникающие в левую плевральную полость колото-резаное ранение груди слева, квалифицирующее как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоящее в прямой причинно-следственной связи со смертью (описанное ранение возникло незадолго до наступления смерти, согласно данным гистологического исследования – до появления перифокальной клеточной реакции, которая обычно, у живых лиц, начинается через 30-40 минут после причинения повреждений, в результате значительного ударного воздействия твердого плоского предмета, обладающего колюще-режущими свойствами – вероятнее всего ножа, имеющего лезвие и обух, с шириной клинка на уровне погружения около 2,5 см.); множественные ссадины лица в области носогубного треугольника, подбородка (данные повреждения могли образоваться в результате ударно-скользящих воздействий твердого тупого предмета (предметов), либо о предмет (предметы), вреда здоровью не причинили, в прямой причинно-следственной связи со смертью не находятся). Смерть Х. наступила в результате проникающего колото-резаного ранения груди слева, которое сопровождалось массивной кровопотерей и развитием шока, что и являлось непосредственной причиной смерти. По ранним трупным явления, зафиксированным 15.01.2009 в 01.30 на месте обнаружения трупа, давность наступления смерти составляет около 1-4 часов до момента фиксации трупных явлений. Выявленные повреждения могли быть причинены в любой последовательности. После причинения колото-резаного ранения груди потерпевший мог совершать активные самостоятельные действия в короткий промежуток времени, исчисляемый от нескольких секунд до нескольких десятков минут. После причинения ссадин потерпевший был способен совершать любые самостоятельные действия в течение любого по длительности промежутка времени. Учитывая локализацию повреждения (ранение груди), вероятно потерпевший был обращен своей передней поверхностью или близкой к таковой к орудию травмы. В протоколе осмотра места происшествия трупа каких-либо судебно-медицинских данных, свидетельствующих об изменении первоначальной позы трупа не обнаружено. При судебно-химическом исследовании в крови от трупа Х. обнаружен этиловый спирт в концентрации 0,5%. Обычно у живых лиц такая концентрация этилового спирта соответствует опьянению легкой степени. При судебно-химическом исследовании крови и внутренних органов от трупа в крови морфина и его производных не обнаружено. В тканях печения, почки и желудка производных барбутировой кислоты, кокаина, морфин и его производных, тазепама, элениума, седуксена, аминазина, дипразина, тизерцина, мажептила, трифтазина, имизина и его аналогов не обнаружено (л.д. 100-115); протоколом осмотра одежды с трупа Х., согласно которому на одежде в области груди имеется сквозное отверстие (порез), вокруг которого имеется пятно вещества бледно-бурого цвета (л.д. 190-191); вещественным доказательством (л.д. 192), а также протоколом проверки показаний обвиняемого А. на месте совершения преступления от 15.01.2009 года, в ходе которого А. подтвердил ранее данные им показания в качестве подозреваемого и показал на место, где он, 15 января 2009 года после работы, подошел к костру, который находится по дороге к его дому от рынка. Он пошел туда так как было холодно. Около костра сидел его знакомый по имени И. Больше никого рядом не было. И. находился в состоянии алкогольного опьянения и начал ругаться словами в форме грубой нецензурной брани, после чего схватил его одной рукой за горло и начал душить, а второй, подобрав с земли палку, начал бить его по ноге. Он просил, чтобы он его отпустил, так как испугался за свою жизнь, но он не останавливался, продолжая его душить и бить палкой по ногам. Тогда он ударил кулаком в область лица И., но тот продолжал свои действия. В этот момент он увидел, что в двух метрах от него на земле лежал нож. Он стал подталкивать И. в сторону ножа и взял его с земли правой рукой. Нож был с деревянной ручкой, примерно 15 см. Он ударил И. один раз в область груди. Удар он наносил правой рукой, левой рукой он держал И. за руку, которой он его душил. И. тут же после удара отпустил его, упав на колено и сжался, а А. повернулся и ушел спать к своей хижине. По дороге он выкинул нож по направлению к лесу (л.д. 37-48).

Оценив все вышеприведенные доказательства в их совокупности, суд считает вину подсудимого А. в совершении умышленного убийства полностью доказанной.

С доводами подсудимого А. о том, что он вынужден был защищаться от неправомерных действий Х. и, убивать последнего не хотел, суд согласиться не может.

Так, согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, проведенной в период следствия А., при его осмотре 15.01.2009 года в травмпункте ГП № 00, у последнего были зафиксированы кровоподтеки шеи, кровоподтеки и ссадины обеих коленных суставов, не повлекшие за собой кратковременного расстройства здоровья и незначительной стойкой утраты трудоспособности, поэтому расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека. Ссадины возникли от скользящих воздействий тупых твердых предметов. Кровоподтеки возникли от ударных либо сдавливающих воздействий тупых твердых предметов. Установить давность получения повреждений не представляется возможным (л.д. 136-137). То есть, установить давность причинения телесных повреждений у А. не представляется возможным. Далее, на предварительном следствии А. давал несколько иные показания об обстоятельствах происшедшего.

Так, будучи допрошенным в качестве обвиняемого, показания А., оглашены и проверены в судебном заседании в порядке ст. 276 УПК РФ, А. пояснял о том, что когда Х. стал его душить и бить палкой, он ударил его кулаком в челюсть, чтобы Х. его отпустил. Увидев сзади Х., лежащий на земле нож и, взяв его, ударил им Х.. Удар хотел нанести в руку Х., но ударил в грудь, после чего вытащил из груди Х. нож. Х. положил на снег, на спину, а сам ушел в хижину спать, по дороге выкинул нож по направлению к лесу (л.д. 76-80).

Анализ вышеприведенных доказательств в их совокупности, позволяет суду прийти к выводу о том, что умысел подсудимого А. был направлен на причинение смерти потерпевшему Х. о чем свидетельствуют не только показания подсудимого А., данные им в ходе предварительного следствия, в том числе и при проверке показаний на месте совершения преступления, но и заключение судебно-медицинского эксперта. Так, удар ножом в грудь в область сердца потерпевшему Х. был нанесен со значительной силой, так как уровень погружения клинка ножа составляет около 2,5 см., а множественные ссадины лица в области носогубного треугольника и подбородка, имеющиеся на трупе Х. свидетельствуют о том, что А. наносил потерпевшему удары по лицу, однако, данное обстоятельство А. в судебном заседании стал отрицать. Кроме того, последующее поведение А., после нанесенного удара ножом в жизненно важный орган человека – грудную клетку в области сердца, свидетельствует о том, что он действительно хотел убить потерпевшего. Поняв, что Х. после нанесенного ему удара ножом в грудь не дышит, А. ушел спать в хижину и, сообщив свидетелю Ж. об убийстве, попросил спрятать его.

При таких обстоятельствах, действия подсудимого А. следует квалифицировать по ст. 105 ч. 1 УК РФ, поскольку он умышленно желал наступление смерти потерпевшего, нанес ему один удар ножом в жизненно важный орган - грудь в область сердца.

Доводы подсудимого А. о том, что он защищался от неправомерных действий потерпевшего Х., являются неубедительными, опровергаются совокупностью вышеприведенных доказательств, а также тем фактом, что у подсудимого А. не обнаружено телесных повреждений, представляющих опасность для его жизни и здоровья.

Далее, в ходе предварительного следствия подсудимому А. была проведена амбулаторная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, согласно выводам которой, А. хроническим психическим расстройством, слабоумием не страдает, обнаруживает акцентуированные личностные черты, на что указывают данные анамнеза и настоящего обследования о свойственных подэкспертному эмоциональной лабильности, повышенной раздражительности, эффективной возбудимости, проявляемой им агрессии в особо значимых для него ситуациях. Имеющиеся изменения психики у А. не сопровождаются выраженными нарушениями мышления и критических способностей. В период, относящийся к инкриминируемому деянию А. временного психического расстройства, либо иного болезненного состояния психики не обнаруживал, мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время А. временного психического расстройства либо иного болезненного состояния психики не обнаруживает, может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, принимать участие в судебно-следственных действиях. По психическому состоянию А. может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значения для дела и давать о них показания. По психическому состоянию А. может участвовать в уголовном процессе, самостоятельно реализовывать свои процессуальные права. В принудительных мерах медицинского характера А. не нуждается. У А. выявлены признаки повышенной агрессивности. О правонарушении говорит неохотно: «Хотел – убил, надо было» (л.д. 142-145).

Исковые требования потерпевшего Г. о возмещении морального вреда в размере 600.000 рублей, суд считает нужным удовлетворить частично. Взыскать с подсудимого А. в пользу Г. 300.000 рублей.

При назначении наказания подсудимому А. суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, все обстоятельства дела, данные, характеризующие личность А., ранее А. был судим за аналогичное преступление, имеет не снятую и не погашенную в установленном законом порядке судимость по ст. 111 ч. 1 УК РФ, то есть в его действиях имеется рецидив преступлений, то есть наказание А. следует назначить с учетом требований ст. ст. 18, 68 УК РФ. Обстоятельств, смягчающих наказание, согласно ст. 61 УК РФ у подсудимого А. не имеется

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 302-304, 307-309 УПК РФ, суд

                                                                                                     П Р И Г О В О Р И Л :

 

А. признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 1 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 10 (десять) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения, до вступления приговора в законную силу, оставить в виде заключения под стражу.

Срок отбытия наказания исчислять с 15 января 2009 года.

Взыскать с А. в пользу Г., за причиненный моральный вред – 300.000 (триста тысяч) рублей.

Вещественное доказательство : одежду трупа Х., хранящуюся в камере хранения вещественных доказательств в межрайонной прокуратуре ЮАО г. Москвы по уголовному делу № 37, после вступления приговора в законную силу – УНИЧТОЖИТЬ

Приговор может быть обжалован в Московский городской суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным А. в тот же срок, но со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи кассационной жалобы, осужденный в праве ходатайствовать о своем участии в суде кассационной инстанции, а также поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику, либо ходатайствовать перед судом о назначении ему защитника.

 

Судья :

опубликовано 22.03.2010 12:37 (МСК)